Извилистый путь японского кино

японское киноЕсли бы лет десять назад кто-нибудь предсказал сегодняшний успех японского кино, этого пророка бы засмеяли. Азиатское кино переживало один кризис за другим, последователи Акиры Куросавы не заявляли о себе ни одной мало-мальски достойной картиной, а страна Hi-Tech вовсю упивалась исключительно технологическими достижениями.

Но неслучайно культурологи заявляют, что наступивший век - век Азии. На мир обрушились потоки японской литературы, аниме, манги и кино. Странного кино, самобытного и экзотичного, феномен которого моментально стал предметом глубоких исследований и горячих дискуссий. В чем же уникальность самого восточного кинематографа?

Японское кино - кино созерцательное. Акцент - на визуальный ряд, все глубины смысла запрятаны в образы. Экзистенция, суть, сущность сосредоточились не в смысловом ядре, а в абстрактных прикосновениях к душе человеческой. Замысловатые или нарочито простые кадры вызывают массу чувств и ассоциаций, но самое главное - послевкусие, в большинстве случаев именно по окончанию титров можно определить, понравилась картина или нет.

Идеальный пример созерцательного кино - «Куклы» Такеши Китано. Странные образы, сложное сочетание ярких цветов, множество деталей, которые не забываются даже тогда, когда сюжет окончательно выветрился из памяти. Потерявшая зрение поп-певица среди ослепительно яркого поля цветов... Двое влюбленных, связанные друг с другом канатом, целенаправленно идут в персональную неизвестность между красными японскими кленами... «Куклы» - фильм-полотно, живописное повествование, воспринимаемое исключительно подсознанием. Главное здесь - душераздирающие картины неприютной реальности и «снов о чем-то большем», а сюжет фильма вряд ли сможет пересказать сам автор.

Созерцательность - очень тонкое оружие в руках умелого режиссера. В посредственных фильмах она оборачивается всепоглощающей скукой, лениво растекшейся по километрам пленки. Оператор может десять минут сосредоточенно снимать интерьер случайного сарая, герои могут неспеша брести из одного конца городка в другой, и не сомневайтесь - вам покажут весь этот нехитрый путь. И не дай бог оператору увидеть бабочку на невовремя распустившейся гортензии - за жизнью насекомого зритель будет вынужден наблюдать еще четверть часа.

Рука об руку с акцентом на визуальном ряде идет тишина. Молчание героев принципиально и многозначно. Это дань дзен-буддизму, великой Пустоте, основе Вселенной. Зачастую главные герои не произносят ни одного слова за весь фильм, редко кричат, еще реже - смеются. Но молчащие герои - не универсальное качество всего японского кино, это отличительная черта специфического класса фильмов, которые узнаются буквально по первым кадрам.

В отличие от европейского кино, в японском крайне мало культурных ссылок. Но простота и незамысловатость сюжетов иллюзорна. Вместо литературных произведений, знаковых, культурных событий и ранее снятых фильмов, японское кино опирается на мифологию. Даже посвященные внутрикорпоративной борьбе якудза фильмы Китано вовсю пестрят отсылками к записям о деяниях древности «Кодзики». Я не говорю уже о стопроцентно мифологических фантастических фильмах - с драконами, сказочным героями и соответствующей мистической атрибутикой. Ни один японский фильм не обходится без намеков на самобытную японскую мифологию.

Есть еще один, очень важный для понимания японского кино, момент - это влияние на него специфического, кардинально отличающегося от всего остального мира, театра. Пока Европа и Америка безуспешно борются с глобализацией, одновременно сознательно стирая культурные границы, Япония трепетно относится к собственным культурным ценностям и все заимствования кропотливо пропускает через призму своего мира, через традиции театра но и кабуки. Даже когда кино распрощалось с театральной эстетикой, оно сохранило неповторимые особенности: всепоглощающая эстетичность, повторяемость сюжетов, замедленность всего происходящего и упоминавшиеся выше созерцательность и сведение к минимуму диалогов-монологов.

Японское кино обречено на успех. И причина не в оригинальности сюжетов, не в модной нынче японской эстетике, не в экзотической красоте азиатских лиц. Просто японский кинематограф дает возможность поговорить о вещах гораздо более интересных и важных, нежели бюджет и кассовые сборы. И пока голливудские режиссеры пытаются переплюнуть друг друга в количестве затраченных на производство нового блокбастера средств, японские авторы ориентируются для услаждение своих чувств и своего творческого гения. Заморские правила им чужды и скучны. И пока для очередной премьеры устаиваются оглушительные рекламные кампании, Такеши Китано достаточно скромно сказать, что работа над новым фильмом завершена. И все. Кинотеатры по всему миру будут заполнены эстетствующими интеллектуалами. Пожалуй, японские режиссеры просто делают то, что хотят.

Дарья Печорина