Узелок завяжется: история ковра

история ковраПожалуй, самым первым ковром была шкура все того же многострадального мамонта... Когда наш предок с гордостью притащил и продемонстрировал дражайшей половине многомесячный запас мяса в виде пушистой туши - первобытная женщина призадумалась. Еще бы, кому понравится сидеть на холодном полу, спать на голых камнях и созерцать серые стены неуютной пещеры? Когда с мамонтами стало совсем плохо, люди постепенно перешли на шкуры поменьше и не такие жесткие... Так вымерли саблезубые тигры, пещерные медведи и много другой живности с мягкими и приятными наощупь шкурами.

Но это, конечно же, фантазии и лирика. А вполне реальная археология утверждает, что ковроткачество известно человеку с древнейших времен. Правда, точной даты нет. Да и определить «родину» ковра не представляется возможным...

Первые в истории человечества тканые изображения были обнаружены в гробнице фараона Тутмоса IV. Относятся они ко времени Нового царства (XVI-XI вв. до н. э.). А прекрасная Клеопатра, правда, много позже, преподнесла себя Цезарю завернутой в драгоценный ковер!

Самый древний из сохранившихся до наших дней ковров был создан в V в. до н. э., его обнаружили в прошлом веке на Алтае, в знаменитом Позарыкском кургане, ныне он хранится в Эрмитаже. Исследователи предполагают, что он мог быть изготовлен в Ассирии, на обломках которой вырастала могучая Персидская держава - страна, в которой ковры стали национальным достоянием. Согласитесь, персидский ковер - это ведь классика жанра.

В Китае научились искусству ковроткачества более 3000 лет назад, но изготавливались они исключительно для украшения покоев китайских императоров. Примерно теми же веками датируется и время возникновения ковроткачества в Индии.

Если очень обобщенно, то можно сделать вывод: ковроткачество зародилось на огромном и необозримо прекрасном Востоке. А вот с конкретным местом зарождения искусства переплетать нити и вязать узелки не все ясно. С «родителями» все немножко проще... Никто не спорит, что это были кочевники. Именно они изобрели подвижный ткацкий станок и у них «под рукой» был необходимое сырье - шерсть пасущихся овец. В те далекие и некомфортные времена ковер мог заменить бродячему номаду и седло, и постель. Ковер был элементом простого человеческого удобства - им не гордились, его не берегли. Испортился - выбросили, нужно - соткали новый...

Украшать ковры начали только тогда, когда появились более-менее постоянные жилища. Постепенно, год за годом, ковер проник глубоко в быт - он служил стенками кибиток во многих переездах, ложем, стеной и полом в доме, предметом культа, приданым, выкупом и добычей, был произведением искусства и лучшим подарком... Чем богаче жила семья, тем больше у нее было ковров. Покупать и продавать их было не принято: в каждом доме был свой станок и свои рукодельницы.

Только в III веке в мастерских и мануфактурах Персии и Малой Азии началось производство ковров на продажу. И именно тогда, «транспортируемые» караванами и купцами, ковры потихоньку проникали в Европу... Запад не отставал от Востока. В королевских дворцах очень скоро поняли, что ковры вполне могут стать символом могущества монаршей власти. Например, при Бурбонах никто не смел без разрешения короля ступить на ковер, затканный гербами правящей фамилии. В 1065 году в Лувре открылась первая ковровая мастерская, где ткали прекрасные ковры для нужд дворца. Только для короля Людовика XIV они изготовили около сотни огромных полотнищ с изысканными рисунками. Простым же смертным ковры стали доступны намного позже...

Промышленное производство ковров началось в 1839 году. С развитием техники индивидуальность и изысканность ковров ручной работы стала цениться куда выше. Соответственно, на них появился колоссальный спрос, и они значительно выросли в цене. Появились коллекционеры и ... мошенники. Обманщики, чтобы состарить новые, «копеечные» ковры, травили их кислотой и щелочью, натирали кофейной гущей, жгли и даже закапывали в землю.

Ажиотаж вокруг ковров ручной работы с тех пор не прекращается. Их выставляют на всемирно известных аукционах, их хранят в музеях, ими гордятся...

Наталия Руденко