Ирина Селезнева уходит по-английски - Мальчик-видение

Мальчик-видение

Он уехал, как задумывалось, заработать денег на покупку своего дома в феврале 96-го. В последнее время ему особенно не везло: надумал было свой бизнес открыть - по ремонту квартир, кажется (в это время в газетах появились намеки на то, что Леонидов докатился до покраски заборов). Нанял рабочих, накупил краски, договорился с заказчиками. Вкалывал как Карло, иногда даже красил стены лично, собственными ручками. Но прогорел за три месяца. А потом год они расплачивались с долгами. Об этом периоде Ирина тоже не рассказывает. Она после метаморфозы, произошедшей с Максимом в Москве, вообще не хочет отвечать на какие-либо вопросы о нем.

Итак, он уехал и действительно заработал деньги, и действительно купил дом. Но не в Израиле, а в России, и не для жизни с женой Ириной, а для жизни с женой Аней. Такой вот мальчик-виденье оказался, на него нужно было постоянно "оглядываться". Чтобы посмотреть, не оглянулся ли он.

Первое время Леонидов еще наезжал в Израиль, во всех интервью рассказывал, как любит свою жену, а потом как-то замолчал, стал обходить эту тему и вдруг выяснилось, что его можно частенько увидеть в питерских заведениях с разными молодыми девицами.

В один прекрасный день он поставил супругу перед фактом - полюбил другую, о разводе, мол, поговори с моим адвокатом.

  • Я расскажу тебе все потом, когда все будет позади, - сказала мне тогда Ирина, - сейчас не надо, не хочу уподобляться ему - поливать грязью в интервью человека, с которым прожила столько лет.

Говорят, можно расстаться с некогда любимым человеком так: красиво, так себе и очень некрасиво. Как мне кажется, Максим Леонидов выбрал третий вариант. После многих лет счастливого брака он не нашел, по всей видимости, в себе сил объясниться с женой по-человечески, хотя бы попытаться смягчить боль, которую нанес ей своим уходом. Правда, похоже на его уход из "Секрета"? Там тоже никто и не ожидал. И друзья, с которыми был не разлей вода, услышали лишь сухое - "Никаких вариантов".

  • Прежде, когда что-то не очень хорошее происходило в моей жизни, я стремилась пройти через это испытание самостоятельно, в одиночку, но потом пришла к выводу, что это неправильно, - сказала мне тогда Ирина. - Когда на душе тяжело, надо идти к людям - в прямом и переносном смысле. Выйти из четырех стен, выйти из замкнутого круга своих мыслей, и если невмоготу - попросить помощи у друзей. Такая метаморфоза произошла со мной недавно...Но надо и самой уметь выслушивать других, вовремя подставить свое плечо, если в нем есть нужда. Открыть душу - непростое это дело.

9-го сентябрь 1999 года в российских газетах появилось сообщение: "Очередным музыкантом, решившим связать себя узами Гименея, стал Максим Леонидов. На днях в родном Санкт-Петербурге он сочетался законным браком с актрисой театра им. Комиссаржевской Анной Банщиковой. Со своей будущей женой певец встречался два года, после свадьбы Анна взяла фамилию мужа..."

Пока в Москве Максим шептал о любви новой актрисе своей жизни (только не такой известной и, по-видимому, не такой, прошу прощения, одаренной - уже не от Додина!), в Израиле жизнь тоже не стояла на месте. Он писал и исполнял свои "дохло-инфантильные" песенки (определение не мое), пытался превзойти бывшего коллегу по секрету Фоменко, подвизавшись вести телепередачу "Эти забавные животные" (затея не удалась), а в итоге заслужил от критиков не самые приятные оценки: "Вроде грудь волосатая, и весь такой пресли-пресли, а сексапильностью не пахнет. Хотя опять же утверждать не берусь, я в мужиках слабо разбираюсь, все это со слов дам доношу. Старшему поколению должен понравится сей продукт: внезапно постаревший хороший мальчик поет правильные песни..."

Ирина же, как и следовало ожидать, достойно пережила развод, играла в театре, улыбалась нам (и по сей день улыбается) с рекламных страниц газет, а жизнь в то время уже готовила ей подарок-встречу.

Это было на одном из вечеров, которые со вкусом любит устраивать для израильтян российское посольство. Появление умопомрачительно красивой и до чертиков собазнительной Ирины Селезневой в сногсшибательном черном платье с открытой спиной мог не заметить только слепой. Она шла рядом с высоченным англосаксом (кажется, его зовут Вэлф) общалась с ним на языке бритов и явно была счастлива.

  • Ирочка, кто это с тобой? - улучив момент, когда Селезнева ради икры отвлеклась от своего спутника, спросила я.
  • Мой жених, - скромно ответила Ирина, и по ее счастливому лицу было ясно, что всяческие "забавные животные" навсегда выбыли из ее памяти.
  • Невозможно представить, немыслимо, что я могла бы прожить жизнь и никогда не встретиться с некоторыми людьми, - о ком это она, не догадываетесь? - Конечно, каждый человек уникален, но не всем дано это удивительное свойство - подтолкнуть другого в нужном направлении. Изменить ход твоих мыслей, открыть какие-то прежде неведомые возможности, заставить искать себя там, куда прежде путь тебе был заказан.

Ирина Грушина